Режим чтения

МОЕЙ СОБАКЕ

Моя дорогая собака, моя Намана дорогая,

Тебе посвящаю я песню в наплыве нежданной тоски,

И пусть по воздушным пространствам несется она, убегая

В страну, орошенную Леной, на берег великой реки.

Я здесь, разлученный с тобою, хожу одинокий на воле,

Но воли не вижу и чахну под кровлей железных листов,

И мне вспоминается поле, якутское дикое поле,

Где рыскали в беге беспечном мы в зарослях трав и цветов.

Пред взором проносится лето – и в горных ущельях скитанье,

Извивы ключей минеральных и мощные залежи руд;

Осенняя наша охота – и в дебрях лесистых блужданье,

Где носятся духи-абасы и дикие звери ревут.

Я помню так ярко, так живо твою по дороге охрану,

Твое благородное сердце, отзывчивость нежной души,

Когда далеко от жилища мою зализала ты рану

И зорко меня сторожила в безлюдной таежной глуши.

Я помню бессонные ночи, когда исхудалое тело

Дрожало в холодной лачуге, где не было искры огня,

Ты с лаской в глазах подходила и теплым дыханием грела

Озябшие бледные руки, собой закрывая меня...

Теперь, в отдаленьи жестоком, ты помнишь ли старого друга.

Принявшего вместе с тобою судьбы переменной дары,

Делившего братски и горе, и час золотого досуга,

И жесткое хвойное ложе под сенью древесной коры?..

Ты помнишь ли путь от Оклёмы до вод Кемпендяя соленых

В бесснежную зимнюю пору, губившую наших коней,

Сверкание звезд полуночных и льдов синевато-зеленых,

Нависшие дикие глыбы среди оголенных камней?

Озер закрепленные воды, безмерную ширь бадарана,

Пахучий печальный багульник, берез низкорослых кусты,

И ржанье коней утомленных, и радостный шум каравана

При виде искристого дыма трубы одинокой юрты?..

Ты помнишь ли рыжие сосны, мохнатые черные ели

И лиственниц стройных колонны в величьи могучей красы,

Лесные змеистые тропы, куда не доходят метели,

Медведем разрытую почву и след осторожной лисы?

Стада тонконогих оленей, сохатого скорбные очи,

Крик филина вечером темным, тяжелый полет глухаря;

Зловещие лунные тени, и странные шорохи ночи,

И гребень туманной вершины, где утром вставала заря?..

Моя белоснежная лайка, моя Намана дорогая,

Я верю, – мы встретимся снова в далеком Якутском краю,

Узнаешь ты старого друга и, радостно воя и лая,

В стремительном, бурном восторге на шею метнешься мою.


Пётр Людовикович Драверт

Фотогалерея

25
6
13
23
19
1
24
9