Режим чтения

ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЯ

Испытал в глубоком детстве

Я удар землетрясенья:

Словно близко где в соседстве

Шло подземное волненье;

Шло и глухо назревало

И таилося недаром:

Тихим грохотом ставало,

Стало тягостным ударом.

Вся земля поколебалась

И кресты упали с храмов.

Сотрясенье повторялось

Утомительно упрямо,

И за щелью щель на стенах

Раздвигалася с размаха…

Гнулись мальчика колена

От волненья, не от страха…

Позже, в юношестве жгучем

Я иные знал удары:

Сотрясеньем неминучим

Дерзкой мысли злые чары

В глубине души свободной

Безвозвратно открывали

В мраке жизни всенародной

Света полные печали;

И, подкопаны упрямо

Темным трепетом сомненья,

Пали вдруг с душевных храмов

И кресты и украшенья;

И рвались оковы плена

Мысли пламенной и гордой…

Не сгибалися колена,

И уста сжимались твердо…

И иные знал удары

Я и в юности и ныне:

Расцветали песен чары,

Как цветы в немой пустыне;

В сердце, жаждущем участья,

Были песнями – молитвы…

Грезы, дышащие страстью,

Как мечи во время битвы,

Сотрясались и горели

Звали к смерти и победам…

Как в стенах разбитых щели –

Сердца раны, след за следом,

Оставляли знаки плена,

Знаки рук жестоко милых…

Гнулись трепетно колена,

Гасла гордость, гасли силы…

О, страна землетрясений!

Видно сын я твой не даром:

Я люблю моих мучений

Пламя с блеском и угаром;

Я люблю в них ожиданье

Грозной бури в вихре малом…

Ты, мой край, – гласит преданье, –

Кончишь дни свои провалом,

И, ударами встревожен,

Над тобой Байкал сомкнется…

Но, – гласит преданье то же –

Только буря соберется,

С ней в борьбу Байкал вступает,

И в борьбе лишь, в грозном споре –

Все, что мертво, – извергает

Из себя Святое море.

1884


Василий Михайлович Михеев

Фотогалерея

21
6
25
4
23
22
20
13